Previous Entry Поделиться Next Entry
Кто руководит националистами
vvvwv
Вслед за неонацистом Никитой Тихоновым в Московском областном суде по делу БОРНа («Боевой организации русских националистов») была допрошена его гражданская жена Евгения Хасис. Хасис, приговоренная за соучастие в убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой к 18 годам лишения свободы, сидела в том же «аквариуме», откуда днем ранее давал показания Тихонов. В деятельности БОРНа Хасис почти не участвовала. Зато она рассказала в суде многое из того, что знала от мужа. В том числе — о несостоявшихся жертвах БОРНа, среди которых неназванный сотрудник ФСБ и адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант. За процессом следит спецкор «Медузы» Андрей Козенко.

Накануне, как сообщала «Медуза», Тихонов рассказал, что за созданием БОРНа стоят абстрактные люди из администрации президента. Его гражданская жена была более конкретна. Связующим звеном между Кремлем и проходящим сейчас по своему отдельному делу вдохновителем БОРНа Ильей Горячевым она назвала Леонида Симунина, в конце нулевых — функционера подмосковного прокремлевского движения «Местные». А тот, по словам Хасис, отчитывался перед бывшим первым заместителем главы администрации президента Владиславом Сурковым. Хасис уже говорила об этом на следствии, но публично по этому поводу выступила только в зале суда.

В отличие от Тихонова, Хасис рассказывала менее подробно, зато очень эмоционально. Тихонов во время своей речи эмоций не проявлял вообще: он встрепенулся и сбился с монотонного повествования только один раз — когда судья спросил его, имеет ли БОРН отношение к марке бытовой техники BORK. Что касается Хасис — иногда ее допрос напоминал выступление на митинге, иной раз это был театр одного эпатажного актера, явно рассчитанный на присяжных.

«Мой статус в этом процессе — свидетель обвинения, но я не хочу выступать ни в чью поддержку. Я столкнулась с этими людьми, и теперь наши судьбы сильно переплетены, — сказала Хасис об обвиняемых (это Максим Баклагин, Михаил Волков, Вячеслав Исаев и Юрий Тихомиров). — Я расскажу о довольно длинной цепочке событий, и совершенные убийства — это лишь последствия куда больших преступлений, виновные в которых здесь отсутствуют».

Начала она издалека: рассказала про юного скинхеда Никиту Тихонова, который был слишком умен, чтобы просто драться; как он познакомился с Ильей Горячевым — еще одним таким же юным активистом, тоже более предрасположенным к политике, чем к драке. Вместе они в 2006-м основали журнал «Русский образ» — для «привлечения радикальной молодежи». Затем Горячев создал одноименное движение. Оно разрасталось, его поддерживало все больше ультраправых «идеалистов и романтиков». И вот тогда «Русским образом» заинтересовались в администрации президента.

«Тогда это был Владислав Сурков, налаживавший ручное управление гражданским обществом. А посредником, связывавшимся с Горячевым, был Леонид Симунин. Это они будут замешаны в будущих преступлениях», — объявила Хасис. Как известно, Сурков во второй половине нулевых курировал вопросы внутренней политики, сейчас он советник президента России. Симунин получил известность как активист подмосковного движения «Местные» — как заявлялось, экологического, но по факту — прокремлевского. В 2006 году Симунин был потерпевшим по делу об избиении его и других соратников национал-большевиками. При этом сами нацболы до последнего — вплоть до обвинительного приговора с реальными сроками — утверждали, что напали как раз на них. В 2014-м Симунин обнаружился в Донецке в роли «советника министерства энергетики Донецкой народной республики».

По словам Хасис, на национальной политике точно так же «пилили» деньги, как и во многих других сферах. Горячев, вспоминала Хасис, тоже «хотел к кормушке», но амбиций у него было больше. Он мечтал о своей политической партии, о чем и попросил в ходе одной из встреч с Симуниным. Тот, якобы посовещавшись в администрации президента, ответил отказом — партия националистов могла бы дестабилизировать ситуацию. Тогда, рассказывала свидетельница, Горячеву и пришла в голову идея о создании «радикального крыла», чтобы шантажировать власть: совершать громкие преступления, а потом убеждать людей в администрации президента, что стабилизировать ситуацию может только он.

Сам Горячев создать такую банду не мог. «Он щуплый мальчик, интеллектуал, и совсем не пользовался авторитетом среди пассионарной молодежи. Он должен был оставаться в белом воротничке, ведь он политик, ребята», — характеризовала его Хасис. Тогда он и вышел на находившегося в розыске Тихонова. Идея Горячева заключалась в том, чтобы создать успешный проект, а потом купить Тихонову, например, мандат депутата Госдумы. «К сожалению, такое возможно в нашей стране», — горько говорила Хасис, обращаясь к присяжным.

Структура БОРНа, по ее словам, выглядела следующим образом: Горячев и Симунин принимали решения, против кого должны совершаться насильственные действия; Тихонов был кем-то вроде «технического координатора» — искал оружие и людей, которые подходили бы для совершения нападений и убийств «по психологическим критериям».

Первым «подошедшим по критериям» стал обвиняемый по делу БОРНа Михаил Волков, который был знаком с Тихоновым «со времен разгульной молодости». «У него уже была семья и ребенок, он отошел, но Тихонов умел находить психологические точки, чтобы заставить человека идти за собой, поверить в идеалы!» — не без гордости говорила Хасис. Подсудимый Волков встал и прервал ее, попросив судью, чтобы свидетельница воздержалась от «лирических характеристик и описания его политических взглядов». Просьба была удовлетворена.

Вторым членом БОРНа стал прапорщик ФСБ в отставке Алексей Коршунов (в итоге скрывшийся на Украине и погибший после самоподрыва бомбы). Его Хасис охарактеризовала как «фанатичного русского националиста»: «Он не из тех, кем можно было манипулировать. Он увидел свой шанс реализоваться в борьбе с враждебным государством». Впоследствии к БОРНу присоединились люди из группировки «Северные», как назвала их Хасис. Это еще двое подсудимых — Вячеслав Исаев и отрицающий свою вину в убийствах антифашистов и мигрантов Юрий Тихомиров.

Хасис перешла к перечислению известных ей убийств, совершенных членами БОРНа. Всякий раз она говорила, что приказ убивать Тихонову давал Илья Горячев. Первым для «радикализации субкультурных войн и привлечения внимания» был убит один из лидеров антифа Федор Филатов. «Мужественный и подготовленный человек. Он бы выжил, если бы не равнодушие граждан, проходивших мимо лежавшего человека», — сожалела Хасис.

Потом был убит мигрант Салахедин Азизов — здесь Хасис близко к тексту пересказала те показания, которые уже дал накануне Никита Тихонов. Затем она сообщила, что по приказу Горячева Тихонов в январе 2009 года убил Маркелова и Бабурову. После этого Горячев дал команду на устранение антифашиста Юрия Джапаридзе.

В этом слова Хасис расходились с показаниями Тихонова. Тот говорил, что Горячев — после сильного резонанса от убийства Маркелова и Бабуровой — утверждал, что «сверху сказали на антифа не нападать»; и Джапаридзе был убит без согласования с Горячевым. «Субкультурная война, после которой Горячев получил очередной транш на крови», — так описывала Евгения Хасис убийство Джапаридзе.

«Симунин напрямую попросил Горячева совершить за денежное вознаграждение убийство сотрудника ФСБ — это вписалось бы в общую канву разжигания. Тихонов категорически отказался. Он не убийца за деньги, а революционер. А его люди — не наемники, а те, кто готовы взять грех на себя ради светлого будущего», — описала Хасис неслучившееся преступление.

В ноябре 2009-го Хасис была арестована вместе с Тихоновым. Из СМИ она узнала об убийстве судьи Эдуарда Чувашова, а в опубликованных снимках с камер видеонаблюдения моментально узнала в стрелявшем человеке Коршунова — по фигуре. Убийство федерального судьи, говорила Хасис, давно обсуждалось членами БОРНа, причем фамилия судьи была не важна. Список имен «скомпрометировавших себя в резонансных делах» судей с их адресами Тихонов якобы тоже получил от Горячева.

Группировка, по ее словам, планировала еще несколько громких убийств. В списке фигурировали несколько федеральных судей, ненавидевший националистов журналист «Комсомольской правды» Александр Бойко, один из адвокатов бывшего главы ЮКОСа Михаила Ходорковского Вадим Клювгант.

Вопросы Хасис начали задавать представители гособвинения, а потом и подсудимые. Прокуроров больше интересовала техническая сторона вопроса. Хасис охотно рассказывала о методах конспирации, встречах при выключенных мобильных телефонах; о том, что убивать Джапаридзе члены БОРНа отправились в женских париках — чтобы ввести в заблуждение тех, кто будет смотреть запись с некачественных камер видеонаблюдения. Она рассказывала про накладные усы и бороду и в деталях — про арсенал оружия, хранившийся у Тихонова. «Я старалась интересоваться оружием, наверное, чтобы понравиться моему гражданскому мужу», — объясняла она.

Подсудимых больше интересовали личные аспекты. Максим Баклагин спросил, почему скрытный по жизни Тихонов так много рассказывал ей. «Я была его женщиной. У меня автомат под подушкой хранился. У нас не было секретов, и он знал, что если не ответит, я сама додумаю», — гордо отвечала Хасис. Она начала рассказывать, что познакомилась с Тихоновым в 2007 году, сблизились они в 2008-м, но тут ее прервал судья: «Еще интимные подробности начнем обсуждать сейчас!» «Это [участие в БОРНе] был единственный для Никиты шанс вернуться из розыска к нормальной жизни. И он рискнул. В случае успеха он бы все получил, но БОРН разгромлена», — констатировала Хасис. Подсудимые слушали ее все более скептично.

«На каких условиях ты дала эти мифические, но очень красивые показания?» — набросился на Хасис подсудимый Тихомиров. Но судья снял вопрос и сделал замечание о том, что подобные вещи обсуждать перед присяжными недопустимо.

https://meduza.io/

?

Log in